Вячеслав Литовченко: "Разговоры о любимчиках прекращаются, когда видят твою игру"

Large 4aa1e7b4f88875a79551a215ae690a8a
Новичок «Сибири» Вячеслав Литовченко в интервью KHL.ru рассказал о недоверии Билла Питерса, воссоединении с Андреем Мартемьяновым и значении блокированных бросков.

— Если почитать комментарии болельщиков «Автомобилиста» под новостью об ушедших игроках, то там многие негодуют насчёт вашего ухода.

— Мне это, безусловно, приятно. Значит, болельщики видели, что я старался и выкладывался, играя за клуб. Старался приносить пользу «Автомобилисту». Наверное, это самое главное — оценка болельщиков.


— Ваш уход – это решение руководства?

— Никакого общения и как таковых переговоров с «Автомобилистом» не было. Я ещё в апреле понимал, что покину Екатеринбург.


— То есть после вылета из Кубка Гагарина всё для вас стало ясно?

— На самом деле, я ещё в декабре догадывался, что скорее-всего в этом клубе после окончания контракта я не останусь. Видел, как меня используют, понимал, что тренер на меня особо не рассчитывает.


— Каково было играть половину сезона, в том числе и плей-офф, с такими мыслями?

— Это были только мои мысли. Они не должны были отражаться на игре и результатах команды. Хоккей — моё любимое дело, и я его делал на совесть. Главное быть честным перед самим собой. Из того времени на льду, что мне давали, я старался выжимать максимум.


— Как ваша роль поменялась с пришествием Билла Питерса?

— Даже если не углубляться, можно заметить, как сократилось моё игровое время. Если говорить более подробно, то, например, на большинство я и так особо не претендовал. Но даже партнеры удивлялись и не понимали, почему я не играю в меньшинстве. Я всегда был одним из самых полезных игроков команды именно в меньшинстве, а тут меня вдруг перестали использовать в этом компоненте.


— Это всё пошло с предсезонки?

— Нет, уже по ходу сезона. Хотя какого-то разлада или переломного момента не было. Я не знаю, кто отвечал за выбор игроков на меньшинство: Питерс или его помощник. Поэтому мне сложно говорить о каком-то личном отношении ко мне со стороны того или иного тренера. Но, повторюсь, это не та ситуация, когда я считаю себя таким хорошим, которому не дают играть. Ко меня ребята подходили и спрашивали: «почему ты не играешь в меньшинстве?». Я считаю, это показатель.


— Вы не пытались прийти в тренерскую и поговорить об этом?

— Мне кажется, это не в правилах североамериканских тренеров. Если решение принято, то оно принято. Я стараюсь в такие вещи не лезть, не выяснять. Значит, тренеры считали, что так лучше для команды.


— Когда поняли, что продолжите карьеру в «Сибири»? Были ли другие варианты?

— Наверное, когда уже шло дело к маю. Но мы и раньше были на связи с Андреем Алексеевичем (Мартемьяновым — прим. KHL.ru). Потом уже руководство на меня вышло. Если честно, другие варианты не рассматривал. «Сибирь» первой проявила интерес, была настойчива, да и сами переговоры прошли максимально быстро.


— Можно сказать, что вы идете непосредственно к Мартемьянову?

— Конечно. Команда, в которой главный тренер Мартемьянов, перевешивает все остальные варианты. Я знаю его и его требования. Понимаю куда иду и знаю, как меня будут использовать.


— Олег Ли называл его вторым отцом. Для вас Мартемьянов — ключевой тренер в карьере?

— Один из — точно. Базу мне заложил мой первый тренер, но на профессиональном уровне Мартемьянов — это действительно тот человек, который в меня поверил и в результате работы с которым у меня пошел прогресс. С ним появилась возможность показывать свои сильные стороны.


— Какую вашу сильную сторону разглядел Мартемьянов, которую не замечали предыдущие тренеры?

— Андрей Алексеевич, прежде всего, ценит самоотверженность. Он не любит, когда игроки филонят. Когда он видел мою отдачу, то оценивал её и давал играть.


— Из-за каких качеств Мартемьянова игроки готовы идти за ним?

— Порядочность, честность. Нет каких-то подводных камней. Всё открыто и прямолинейно. Хоккеисты это ценят. Он умеет создавать коллективы. При нем нет шаек, группировок. Все настроено на то, чтобы была одна большая семья.


— Я слышал, что когда он сменил Мисхата Фахрутдинова в «Амуре», то прежде всего раскрепостил команду. И на этой атмосфере вы в следующем сезоне доехали до плей-офф.

— Не то чтобы Фахрутдинов нас сильно зажимал. Скорее было слишком много схем и в принципе теории. Андрей Алексеевич всё немного упростил, сделал процесс более понятным.


— Мартемьянов не скрывает, что любит атаки сходу, считает их более эффективными. Вам это близко?

— Близко. Всегда удобнее атаковать, когда соперник ещё не успел построить оборону. Но, в тоже время, на атаках сходу хоккей не закачивается. Зашли в зону быстрым прорывом, а потом начинается позиционная атака.


— Среди нападающих «Автомобилиста» вы были лидером по блокированным броскам. Согласны ли с Александром Кадейкиным, который в недавнем интервью сказал, что блоки — это больше не про самоотверженность, а про вовлеченность в игру?

— На сто процентов согласен. Ты должен быть максимально сконцентрирован, готовым к ложному движению, к броску. Кто-то считает, что блоку всегда предшествует проигранная позиция, то есть ошибка игрока, но я с этим не согласен.


— Бывало, что Питерс вам высказывал за то, что вы хоть и заблокировали бросок, но сыграли неправильно?

— Нет, не было. Только благодарили и подбадривали.


— Дамир Шарипзянов почти весь золотой для «Авангарда» плей-офф играл со сломанными пальцами. У вас бывало нечто подобное?

— Прямо такого не было, но однажды повредил палец, врачи сказали, что ушиб. А через пару недель выяснилось, что я играл с переломом.


— Вы, будучи специалистом по блокам, наверняка подметили тенденцию, что на поздних стадиях Кубка Гагарина выигрывали те команды, которые переблокируют соперника.

— Алексей Алексеевич Мартемьянов часто на установках говорил нам, что 15 заблокированных бросков — это почти гарантированная победа. А вы посмотрите, сколько те же «Ак Барс» с «Авангардом» блокировали! По 35-40 бросков! Это колоссальные показатели. Плюс ко всему это удар по психологии соперника. Игроки понимают, что ничего не получается и начинают нервничать.


— Когда играли с «Авангардом» в первом раунде плей-офф, могли представить, что уступаете дорогу будущим чемпионам?

— «Авангард» и регулярный чемпионат закончил на втором месте в конференции. Так что никого не должно удивлять, что они выиграли кубок. Хотя, конечно, были команды, которые могли составить им конкуренцию. Но они прибавляли с каждым раундом. Думаю, не должно быть сомнений, что эта победа справедлива и заслуженна.


— Было ощущение, судя по заявлениям в прессе, что «Автомобилист» не согласен с этим поражением.

— Если говорить о судейских ошибках, то это дело руководства, может быть, журналистов. Игроки на это внимание, как правило, не обращают. Мы концентрируемся на игре и результате. А он на табло.


— Сыграв серию с «Авангардом», вы поняли в чём его сила?

— Хорошая мобильная команда со своей тактикой. Самоотверженная, что немаловажно, дисциплинированная. С лучшим большинством, хорошим меньшинством. Все эти мелочи складываются в общий результат.


— Два года назад вы в составе «Автомобилиста» играли против «Сибири» в плей-офф. Каково переходить в команду, которая нанесла вам столь болезненное поражение?

— Прежде всего, я прихожу в коллектив с задачами из по-настоящему хоккейного города, где болельщики любят свою команду. Я думаю, это знает каждый хоккеист в КХЛ. С нетерпением хочу окунуться в эту атмосферу, но уже не как игрок гостевой команды, а в форме с эмблемой «Сибири».


— Но от той самой серии, наверное, у вас не лучшие воспоминания.

— Что поделать? Это хоккей. «Сибирь» в том плей-офф использовала ту модель, которой должен был следовать «Автомобилист»: самоотверженная игра друг за друга, строгая дисциплина, терпение. Надеюсь, все эти качества будут присущи «Сибири» и в новом сезоне.


— Проблемой «Сибири» и игроки и уже бывший главный тренер Заварухин называли отсутствие лидера в команде. Вы можете взять на себя эту роль?

— Конечно, я могу при случае взять слово в раздевалке. Но я никогда не был главным оратором. Скорее привык подавать пример на льду.


— Не было ли аналогичной проблемы в Екатеринбурге? Павел Дацюк великий игрок, но, как понимаю, не самый заметный человек в раздевалке.

— Действительно, ярко выраженного лидера, который вёл бы команду за собой, в «Автомобилисте» не было. Что касается Павла, то он тоже не большой оратор. При этом он пытался исправить ситуацию, когда у команды была серия неудач. Мог что-то сказать, если посчитает нужным.


— По-человечески или как центр у центра вы что-то переняли у Павла?

— С мастерством там всё и так понятно. Повторить многое из того, что на льду делает Дацюк, невозможно. А вот что можно подчерпнуть — это отношение к делу. Глядя на то, как он готовится и следит за собой, понимаешь, за счёт чего так долго можно оставаться в хоккее.


— Как команда реагировала на декабрьское интервью Якуба Коваржа, который публично выступил с критикой партнёров?

— Каждый имеет право на своё мнение. Я бы не сказал, что Якуб наговорил чего-то лишнего. С большей частью его интервью я даже соглашусь.


— Чесалин, Тимашов, Ли, Голубев, Миловзоров, Сетдиков, вы. Нынешняя «Сибирь» — эдакий микст между «Амуром» и «Автомобилистом». Это должно облегчить коммуникацию?

— Я не думаю, что это важно. Понятно, что Андрей Алексеевич приглашает игроков, с которыми работал в предыдущих клубах, на которых может положиться. Но если ребята в команде общительные и открытые, то с коммуникациями проблем не будет в любом случае.


— Если оглядываться назад, какую команду и какой сезон вы для себя выделите?

— Для «Амура» с его ограниченным бюджетом выход в плей-офф и правда был большим достижением. Радость для города и для каждого игрока. Думаю, тогда мы сделали максимум возможного. Но я бы выделил и мой первый год в Екатеринбурге. Вышли во второй раунд, могли забраться и дальше, серьёзно пошуметь. Но не хватило мелочей.


— «Сибирь» уже третья команда, где вы будете играть под руководством Мартемьянова. Готовы к тому, что за спиной будут шептаться и называть любимчиком тренера?

— Наверное, такое случается, когда только приходишь в команду. Но когда люди видят, как ты играешь — разговоры прекращаются. Ты должен доказать, что находишься в составе по спортивному принципу, а не потому что тебя тянут.


Дмитрий Ерыкалов, khl.ru



статьи