«В «Сибири» меня иногда называют Антохой».

Large yxneqbtexvq
Антон Ведин заиграл в высшем дивизионе чемпионата Швеции только в 25 лет, а в НХЛ провел лишь 4 игры. Теперь шведский форвард попытается удивить Новосибирск.

Одним из первых новичков новосибирской «Сибири» в этом межсезонье стал шведский нападающий с русским именем Антон Ведин. 28-летний вингер только в 25 лет смог выбраться вместе с родным «Тимро» из второй шведской лиги в местную элиту, успел провести год в системе «Чикаго», а в прошлом сезоне был одним из немногих светлых пятен ХВ-71, неожиданно вылетевшего из SHL. В интервью «СЭ» швед, уже успевший стать лидером команды Андрея Мартемьянова на предсезонке, рассказал о переезде в КХЛ, необычном сочетании имени и фамилии и адаптации в новой команде.


— Когда впервые узнали, что с вашим сочетанием имени и фамилии вас легко принять за русского?

— Я знал, что Антон — достаточно популярное имя в России. Но то, что с моей фамилией меня легко принять за русского я узнал только, когда прилетел в Новосибирск.

—  В «Сибири» вас уже зовут Антохой?  

— (улыбается) Да, иногда меня называют так. Чаще всего ко мне так обращается наш веселый защитник с правом хватом … Андрей Ермаков, если не ошибаюсь.

— В России есть мнение, что шведам и североамериканцам тяжелее адаптироваться поодиночке, чем остальным легионерам. Отсутствие соотечественников в Новосибирске не отпугивало?

— Нет, никаких опасений перед переездом в Новосибирск не было. Я знал Александра Бергстрема и Симона Энеруда, которые играли в «Сибири», и они сказали, что здесь прекрасный город и отличная организация. Я здорово себя ощущаю здесь. В ближайшее время из-за антиковидных моей девушке будет тяжело прилететь в Россию, но надеюсь в течение сезона она присоединится ко мне.

— Читал, что в вашем родном городе Сундсвалле достаточно большой процент жителей говорит по-фински. В «Сибири» финский уже давно стал практически вторым официальным.

— К сожалению, не говорю по-фински. Но я достаточно тесно общаюсь с Йокипаккой — именно Юрки был моим проводником до того, как он получил травму.

— Уже успели проникнуться частичкой Швеции в местной Икее?

(улыбается) Пока нет, но планирую в ближайшее время. Мне однозначно нужно будет прикупить там пару вещей для моей новой квартиры.

— Как и когда вам поступило предложение от «Сибири»? Были ли еще предложения?

— Предложение от «Сибири» поступило сразу после окончания клубного сезона в Швеции. Агент мне говорил, что были варианты и с какими-то другими клубами, но если честно, то я не в них углублялся. В итоге мы решили, что Новосибирск будет лучшим выбором для продолжения карьеры.

— Не было ощущения, что 28 лет — уже поздновато для переезда?

— Определенно так не считаю. Знаю, что могу играть еще лучше, чем раньше и такие мысли меня даже не посещали.

— Как получилось, что несмотря на то, что вы регулярно вызывались в юниорские и молодежные сборные Швеции, вы выбились в SHL из Allsvenskan только в 25 лет?

— Скажу банально: я просто был недостаточно хорош для SHL. Перейти на ступень выше удалось только, когда я в разы увеличил количество тренировок.

— На ЮЧМ в 2011-м вы играли в одной команде с Вильямом Карлссоном, Филипом Форсбергом и Микой Зибанежадом. С кем-то из юниорки до сих пор поддерживаете отношения?

Из той команды я очень хорошо общаюсь с Йереми Бойсе, с которым мы долго играли в «Тимро» — он мой близкий друг. Не могу сказать, что часто общаюсь с остальными. Но в те редкие моменты, когда мы встречаемся, то нам всегда удается перекинуться парой слов.

— Уже тогда понимали, что главный тренер той команды Рикард Грёнборг далеко пойдет?

Я поработал с ним не так долго, но даже за небольшое время удалось понять, насколько он классный тренер.

— До работы в системе сборных Швеции он долго тренировал американских юниоров. Было заметно, что он американизировался или он больше работал по шведским методикам?

Да, некоторые методы его работы для нас были в новинку. Но он старался комбинировать шведский стиль с североамериканским. Поэтому на выходе у него получался собирательный образ.

— У многих «Тимро», в котором вы провели почти всю карьеру, ассоциируется с Хенриком Зеттербергом. У вас в детстве мог быть другой кумир?

— Нет-нет-нет! Он ведь тоже из Сундсвалля, так что я постоянно следил за ним. Каждый ребенок в моем городе мечтает быть похожим на Зеттерберга. Хенрик был моим главным кумиром в детстве.

— Вы пересекались в «Тимро» с Элиасом Петтерсоном. Есть понимание, как он со своим весом заиграл в НХЛ? Без формы он напоминает колосок.

— Элиас — невероятно умный игрок, который обладает прекрасным балансом и знает, как использовать габариты, как нужно управлять своим телом. Он ведь прекрасно чувствует момент, когда его будут бить и когда нужно немного откатиться.

— Какую роль в вашем переезде в «Чикаго» сыграл Джереми Колинтон? Насколько помню, когда вы играли в Аллсвенскан, то он там же тренировал «Муру».

— Я не был с ним знаком до переезда в «Чикаго». Впервые мы пообщались с ним только после подписания контракта, когда он позвонил мне.

— Есть понимание, почему не удалось зацепиться за основу «Чикаго»?

Мне удалось сыграть всего четыре игры до того, как меня вернули в АХЛ. Наверное, на этот раз я также был недостаточно хорош для НХЛ. Просто не воспользовался своим шансом.

— В Америке все отмечали силу вашего кистевого, и то, как быстро вы готовите бросок и работаете руками.

— Я очень много работаю над своим кистевым. Стараюсь как можно больше бросать на каждой тренировке и дополнительно шлифовать его после основного времени. Плюс дома в Швеции у меня есть собственная бросковая зона.

— Слышал, что ХВ-71 около 3 раз за сезон уходил на карантин. Это стало ключевой причиной вылета?

На самом деле, вряд ли это стало основной причиной. В SHL много кто уходил на карантин из-за шведских антиковидных правил. Все дело было исключительно в игровых причинах.

— Йенчепинг — одна из хоккейных Мекк Швеции с достаточно мощной фан-базой. После вылета из СХЛ игроки ХВ-71 не ощущали себя в их глазах изгоями?

Если честно, то никакого давления не было. Напротив, болельщики очень хорошо относились ко мне и говорили, что я делаю все для команды. Рад, что в этот период от них исходила только поддержка.

— Поехать на ЧМ в Ригу после одного из лучших сезонов в карьере помешала травма?

— Да, во второй игре на последнем этапе Евротура я получил небольшое повреждения и после этого мог только гадать, как сложится ситуация.

— Андрей Мартемьянов похож на тренеров, с которыми вы работали в Швеции?

— Уже с первых дней было заметно, что ему не все равно на команду. Он хочет, чтобы все работали и старается делать акцент на оборону, но в это же время он не ограничивает нас в атаке.

— Вы впервые в карьере проходите такую длинную предсезонку?  

– О, да! В Швеции тоже длинные сборы, но они длятся меньше двух месяцев.

— По ходу карьеры вы какое-то время играли в центре. Готовы будете сыграть плеймейкера при необходимости или вас видят исключительно на фланге?

Да, у меня был небольшой опыт игры в центре, но почти всю карьеру я провел на фланге. Но я вполне могу сыграть в центре снова. Почему бы и нет?

— Как быстро поймали химию с Шором и Ли?

— Практически с первой тренировки. Ник и Олег — классные игроки, с которыми мне очень комфортно играть.

— В России есть стереотип, что если игрок зажигает на предсезонке, то в регулярке он скорее всего провалится.

Кстати, такой стереотип есть не только в России. В Швеции тоже частенько говорят так. Если честно, когда я был помоложе, то у меня были сезоны, когда я был недостаточно хорош, несмотря на то, что на сборах все шло здорово. Надеюсь, что эти времена в прошлом и в начале этой регулярке я буду играть еще сильнее. 


Иван Богун, "Спорт-Экспресс"



статьи